alakwen (alakwen) wrote in returning_2007,
alakwen
alakwen
returning_2007

о побеге глазами Аредели

, а в лесах запели юные птицы, я поняла, что больше не останусь дома. Дорога звала меня, как и память о прекрасном городе, который я оставила. К тому же, Ломион хотел посмотреть на Гондолин, да и я чувствовала, что ему было чему поучиться у нолдор.
Итак, в день, когда Эол отправился к гномам, мы решились. Бедный Ист - представляю, как он скажет своему учителю, что мы ушли к родственникам, к феаноригам.
Зная резкий характер мужа, я опасалась, что он нас догонит и вернет. Так что первые мили пути мы летели со всех ног - вот поворот, вот еще поворот, не туда, этой ложбины я никогда не видела, а вот эту помню. На пути иногда попадались разрушенные постройки - мы с Маэглином гадали, кто их мог построить. И тут, на выходе на очередную поляну, я вспомнила это место - именно здесь я отбилась от спутников, именно здесь меня чуть не съели пауки! Тут мы и увидели сеть, натянутую прямо через дорогу, а рядом и исполинского унгола. Маэглин честно попытался разрубить паутину, но ничего из этого не вышло. Тут мы услышали странный бормочущий голос – оказалось, что наш паук вполне умеет говорить. Мы попытались от него откупиться, но лембасов(все, что у нас было) он не захотел. Родилась было идея посулить ему Иста – все равно же увяжется за Эолом. А если и не увяжется, то ему же лучше. Но паук не поверил, а заявил, что хочет крови. Что ж, я кинжалом порезала руку и предложила ему утолить голод…булькающие звуки, смех унгола – и вот нам позволено пробраться сквозь липкие нити. Мы пустились бежать, но вскоре я почувствовала, что с рукой что-то не то. Яд? Мы промыли рану, нашли какие-то травы, по счастью, в изобилии росшие неподалеку. Но их действия оказалось недостаточно - надо было спешить к лекарям.
Дальнейшую дорогу я помню уже плохо - паучий яд давал о себе знать, рука совсем онемела, было тяжело идти, и Маэглин чуть ли не нес меня на себе. Помню, как нам встретились два племени людей. Они что-то прокричали нам на своем наречии. Маэглин решил, что это халадины и рассказал мне о других племенах. Странно было слушать о жизни Атани, о рабстве в племенах и смерти всего через сто лет после рождения. Видимо, не понять мне замысла Эру.
Наконец, знакомые горы. Из последних сил прохожу я по высохшему руслу и слышу голоса стражи. От нас потребовали отдать оружие и на удивление быстро пропустили - даже Маэглина. Я дома! Вот мой брат, племянница, знакомые лица... А вот склонившаяся надо мной лекарь, отсасывающая яд. Замечательно - вернуться домой и прямо у входа потерять сознание! Зато как мы предусмотрительно нарвали трав - в Гондолине попробуй их найди. Я попыталась встать и выйти на улицу – но тут пришел Турукано и заявил, чтобы я не торопилась, потому что у меня впереди целая вечность, чтобы гулять по Тумладену. Как? Меня опять пытаются запереть? Ну, уж по крайней мере валяться под надзором лекарей я не буду. Так что я вышла во двор. Ко мне подбежал Маэглин, щурящийся от яркого света и совершенно очарованный городом и сестрой. Затем подлетела легконогая Идриль, и мы пошли гулять по городу, смотреть на пруд, на клумбы, слушать веселые разговоры нисси. Маэглина вскоре увели в кузницу – вернулся он оттуда еще более довольный. Никогда не видела его таким счастливым – в Нан-Эльмоте он всегда был готов обидеться на отца, а сейчас это юный восторженный эльда. Меж тем Турукано отвел меня в сторону, чтобы узнать новости, моей жизни в эти годы и чтобы сказать, что думает сделать Маэглина своим наследником. Правда, мы решили пока не говорить ему об этих планах – я знала, что мой сын горд и власть может ослепить его. Пусть лучше сначала поучится у мастеров.
Внезапно стражи принесли весть, что у ворот стоит Эол. Может, он все же захочет пожить здесь? Как бы я хотела, чтобы он признал моих родичей.. Увидев его глаза, я испугалась – хотя и привыкла к вспышкам гнева. Эол звал нас уйти. Я вспомнила о словах брата и о вечном заключении в городе и решила, что завтра же ухожу с ним. Но сын - пусть он останется, здесь столько всего, чего он не видел. Потом он же сможет вернуться к нам домой. Маэглин долго смотрел на отца, а потом процедил, что никуда не пойдет... Я инстинктивно стала перед ним, отодвинув его от отца… Что-то блеснуло в руках Эола… И опять надо мной суетятся лекари! Очнувшись, я увидела Турукано, Маэглина и Итарилле. Я стала звать Эола и просить, чтобы его не трогали. Снаружи доносился шум борьбы. Как они не понимают, что Эол не виноват – это же случайность. И нельзя его в кандалы – не знаю, почему, но нельзя. Он же не может без свободы. Я попыталась встать, но сил не было. Ульве принес кинжал Эола, и там обнаружился яд. На этот раз его отсосать не удалось, и мне становилось все хуже. Тщетно уговаривала я позвать Эола - кажется, все боялись, что он меня убьет. Или вообще всех убьет, сожжет город и убежит к Морготу (если еще его подержат связанным – то так и будет J). Айвелинде попыталась разделить мою боль... и тут я увидела Намо.
Намо сообщил, что скоро ко мне присоединится Эол. (Ээ, это как? Это что там происходит? А еще он мне сказал, что теперь у меня точно вечность ожидания в Чертогах. Видимо, мое лицо нельзя было назвать счастливым, потому что Намо сжалился и отпустил меня лететь орлом. Вот он, Гондолин. Я вижу Маэглина, вижу Эола в окружении воинов, связанного Иста. И Эол видит меня! Мелдо, что здесь творится? Эола ведут на скалу – он предрекает гибель Маэглину – нашему сыну! – и летит в пропасть.
И вот мы снова вместе – правда, в Чертогах Мандоса, вдалеке от Гондолина, который слишком сильно изменился за эти годы, вдалеке от нолдор, утративших былую решимость и трясущихся над своими жизнями и домами.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 9 comments